Михалыч — Армаггедон

Город не спит, он горит изнутри.
Небо трещит, будто рвутся миры.
Басом по венам, по нервам разряд.
Некуда больше смотреть нам назад.
Свет от витрин растворяется в дым.
Мы этой ночью уже не молчим.
Каждый удар разрывает бетон, будто над городом Армагеддон.
Пульс всё быстрее, воздух горяч.
Стань ещё ближе, только не плачь.
Армагеддон — это пульс в темноте.
Сто пятьдесят и огонь в частоте.
Пол под ногами уходит волной.
Если конец, я встречаюсь с тобой.
Армагеддон, пусть качается зал.
Будто весь мир эту ночь потерял.
Громче басы, до предела, до дна.
Нам эта ночь на двоих отдана.
Красные вспышки бегут по стене.
Город сегодня как будто в огне.
Ночь разрывается тысячей фар.
Каждый наш вдох раздувает пожар.
Сердце как саб, пробивает бетон.
Каждый удар, будто новый закон.
Больше не важно, что будет потом.
Мы эту ночь до рассвета живём.
Гром всё сильнее, тени дрожат.
Время быстрее, нет пути назад.
Армагеддон — это пульс в темноте.
Сто пятьдесят и огонь в частоте.
Пол под ногами уходит волной.
Если конец, я встречаюсь с тобой.
Армагеддон, пусть качается зал.
Будто весь мир эту ночь потерял.
Громче басы, до предела, до дна.
Нам эта ночь на двоих отдана.
Выше давление, ниже свет.
Будто у мира дороги нет.
Басом по телу ещё один ток.
Слышишь, как сердце считает наш срок?
Раз — и земля начинает дрожать.
Два — уже поздно кого-то спасать.
Три — и мы снова уходим на дно.
Сегодня нам всё равно.
Армагеддон — это пульс в темноте.
Сто пятьдесят и огонь в частоте.
Пол под ногами уходит волной.
Если конец, я встречаюсь с тобой.
Армагеддон, пусть качается зал.
Будто весь мир эту ночь потерял.
Громче басы, до предела, до дна.
Нам эта ночь на двоих отдана.
Город затихнет, закончится сон.
Но ещё долго внутри Армагеддон.
Бас затихает, приходит рассвет.
А этой ночи конца будто нет.