Наши Слёзы — Ты прожил свою жизнь

Старый дом.
Старые фотографии.
И человек,
Который слишком много всего понял только под конец.
Старый мужик у окна доживает свой век.
На столе недопитый стакан и хлеб,
За окном догорает холодный закат,
А на стене фотографии смотрят назад.
Вот он, молодой, ни морщин, ни седин.
Рядом — любимая, дети и старый двор.
Он тогда не поверил бы, в это ни раз,
Что когда-нибудь дом этот станет пустым.
На ладонях прожитые годы лежат,
Каждый шрам ему что-то пытается сказать.
Он смотрит на дверь, будто кто-то войдёт,
Но лишь старые часы отбивают свой ход.
Сколько можно вернуть?
Ничего.
Только память.
Сколько можно сказать?
Никого.
Только стены.
Старый мужик, ты не плачь у окна.
Ты прожил свою жизнь, как сумел, до конца.
Пусть седая голова, пусть устали глаза.
За плечами любовь, за плечами года.
Старый мужик, если можешь, прости тех,
Кого не успел удержать на пути.
И детей своих вспомни, что стали большими.
Для них ты навеки останешься самым родным.
Дети выросли быстро, разъехались кто куда.
У каждого нынче работа, семья, города.
Иногда позвонят: «Пап,
Ну как ты там?» Он ответит: «Нормально, не верьте врачам».
А потом положит трубку и долго молчит,
Потому что ему очень хочется жить.
Не богатства просить, не больших чудес,
Просто чтобы родные однажды пришли.
Он достанет альбом, где ещё молодой, где смеётся жена,
Где он сам молодой.
Проведёт по странице дрожащей рукой и прошепчет: «Как быстро закончился мой...» Если время вернуть хоть на несколько дней,
Он бы больше сидел за столом вместе с ней.
Не спешил бы на работу, не гнал бы года,
Больше слушал детей, не сердился тогда.
Потому что мы думаем: времени много,
А потом остаётся лишь память и фотографии.
Старый мужик, ты не плачь у окна.
Ты прожил свою жизнь, как сумел, до конца.
Если где-то ошибся, себя не вини.
Ты любил, как умел, эти долгие дни.
Старый мужик, подними свои глаза.
Может, завтра опять зазвонит телефон,
И знакомый голос скажет: «Папа, привет, мы приедем,
Ты только нас жди».
Старый мужик сидел у окна и впервые за много лет улыбнулся,
Потому что услышал ключ в замке.