Михалыч — Простите нас, дети

Простите нас, дети.
Мы поздно смогли осознать: желая вас сделать сильнее,
Мы часто могли вас ломать.
Мы часто ругали за двойки, за резкий ответ, за друзей.
Твердили вам строго и громко: «Старайся, ты можешь сильней».
Мы видели грязные джинсы, разбросанный вами рюкзак,
Но слёз на усталых ресницах не видели — вышло вот так.
Мы редко хвалили открыто, скрывали любовь глубоко,
И сердце ребёнка разбито могло быть от пары лишь слов.
Простите нас, дети, за крик и обиды, за то,
Что порой ваших слёз не увидели, за то,
Что хотели вас сделать другими, забыв,
Что вы были всегда нам родными.
Простите за редкое доброе слово,
За вечное «должен» сурово и снова.
Не нужно вам быть идеальными,
Вы просто любимые — самые главные.
Мы вам запрещали влюбляться, твердили: «Ещё не пора»,
Не дали самим ошибаться, забыв,
Что мы тоже вчера сердито дверями хлопали,
С родными вступали в конфликт,
Мечтали уйти ненадолго от правил, запретов, обид.
Мы вас сравнивали с другими: «Вот кто-то успешней тебя»,
И сами словами своими гасили ваш свет, не любя.
Нет, мы вас любили безмерно, но нежность держали внутри.
Теперь понимаем, наверно,
Как важно сказать о любви: если однажды вам станет так больно,
Что нечем дышать, мы больше судьями не станем,
Мы будем вас просто держать.
Без крика, сравнений, условий, без фразы «я знал наперёд».
Родительская любовь вас примет и всё переждёт.
Простите нас, дети, за крик и обиды, за то,
Что порой ваших слёз не увидели, за то,
Что хотели вас сделать другими, забыв,
Что вы были всегда нам родными.
Простите за редкое доброе слово, за то,
Что любить не умели открыто.
Не нужно вам быть идеальными снова, вы — наша любовь,
И она не забыта.
Простите нас, дети, за наши ошибки,
За ваши потухшие детские улыбки.
Мы поздно поняли самое главное: вы — наша любовь настоящая.
Простите нас, дети,
Мы учимся вас понимать: не нужно быть идеальными,
Нам важно вас просто обнять.