КАСПЕР — Нет новостей

В этом июне много осадков, чёрных дождей,
Шарик не дал посадку.
Но всё хорошо, и нет новостей: столица встречает гостей.
Моя Россия, милый мой край, я радостно хлопаю в ручки,
Ведь мы снова разъебали сарай.
Как ты думаешь, умер ли Сива?
Как ты считаешь, наступит рассвет?
Не знаю, но мне тыкают ксивой, и кажется,
Что выхода будто бы нет.
У нашей старой буханки давно отказали колодки, крысы,
Как прежде, мечтают съебаться с этой подлодки.
Где-то на южной границе одни и те же наглые лица ждут повода,
Дабы нажиться.
Сон не идёт, и нет смысла ложиться.
Жадно выпил бы море,
Но вроде как подвязал: пластинка стоит на повторе, а значит,
Наполнится траурный зал.
За окном уже, как всегда, всё показал Алексей Балабанов.
Искренне я вам желаю побольше толковых, поменьше ебланов.
Осколки собрать не могу, сгорел пылится гитара,
И что-то всё об одном: кларнет мой выкрала Клара.
В этом июне много осадков, чёрных дождей,
Шарик не дал посадку.
Но всё хорошо, и нет новостей: столица встречает гостей.
Моя Россия, милый мой край, я радостно хлопаю в ручки,
Ведь мы снова разъебали сарай.
Где-то тут парень в затёртой футболке, душа нараспашку,
Всю боль да в наколки.
Верил в удачу и силу двустволки,
Но сколько таких лежит в лесополке?
Рано узнал, чего стоит награда: глинолин под ногами,
Туман Мирнограда.
Дальше толкался, невзирая на риски,
Запах духов на смятой записке: «За нас не боись».
Пройдут бензовозы, страна получит свои паровозы,
Дядя всем глотки порвёт за металл.
Вы любите розы?
Маяковский всё знал.
Мы встретимся там же, дай бог, на Варварке,
Гвоздики в руках и фото без рамки.
Москва непреклонна и не верит слезам,
И в этом однажды убедишься ты.