Gudvin — непризнанных гениев

На тусовке непризнанных гениев и стареющих порноактрис пьяный дядя без роду и племени декламировал тихо Есенина и был зван многократно на бис.
Пьяный дядя без имени-отчества в тихом голосе бешеный шквал,
Он поэта лихие пророчества просто так задарма раздавал.
Here comes the drunkard, lost and wild,
Dropping verses of broken child.
Four lines of truth, the rest a lie, watch him fall,
No one asks why.
Here comes the drunkard, lost and wild,
Dropping verses of broken child.
Four lines of truth, the rest a lie, watch him fall,
No one asks why.
Взгляд пронзительный, психо, искрини,
Сигарета зажата в руке.
Поддались, друг,
Прожжённые циники запредельной славянской тоске.
Ах, Серёжа, какой был талантище, охи-ахи, о тяжкой судьбе.
На Ваганьковском, помнится, кладбище похоронен поэт или где?
Here comes the drunkard, lost and wild,
Dropping verses of broken child.
Four lines of truth, the rest a lie, watch him fall,
No one asks why.
Here comes the drunkard, lost and wild,
Dropping verses of broken child.
Four lines of truth, the rest a lie, watch him fall,
No one asks why.
И никто не заметил подвоха из адепта продажной любви.
Лишь четыре есенинских строфы он прочёл остальные свои.
И когда в завершение праздника дядя рухнул еблетом в салат,
Только два сердобольных охранника попытались поэта поднять.