Баста & GUF — Колизей

The wisdom doesn't come easy. It was for me. My brothers who were quiet, but now it's no matter. I'm gonna fly higher. Angels never seem to guide, but angels hide the door. В безнадежный день на день только вера дарит свет. Мой головный Колизей, как мы оказались здесь? В городе пустых надежд, в ауди простых чудес. В холоде простыл мой след, но приходит новый день. В безнадежной темноте. Когда крылья вырваны под корень, линия жизни где-то в тупике ладони. Каждый холерик в чём-то меланхолик, даже в полёте в чём-то не свободен, но. Когда тьма так беспросветна, и молитвы не доходят, может, ты нужен посредник, ответь мне. Когда надежде остаётся лишь медленно льтеть, но в самые тёмные времена лучше видно светлых людей. С надеждой, что всё изменится завтра, но завтра не настало, всё закончилось внезапно. Вся горечь мира разом тобой выпита залпом. Скажи, как рано, брат, тебе пришлось поспать, словно? Сказал всё просто, промолчав, казалось, всё получилось, но был отброшен в самое начало. Над головой свинцовое небо печали, но всё пройдёт и будет так, как ты мечтал, мечтатель. Скажи, кто будет рядом, когда мгла растает с утра, когда тень станет светом, где спрячется мрак? Мы сами выбираем, чем себя заполнить, брат, запомни: эта пустота внутри не сможет быть долго голодной. Кем-то запущена программа, прошлого не существует, будущее не настало, знаешь. Здесь и сейчас — это всё, из чего мы сотканы, однажды эти чёрные полосы станут взлётными. В безнадежной темноте только вера дарит свет. Мой головный Колизей, как мы оказались здесь? В городе пустых надежд, в ауди простых чудес. В холоде простыл мой след, но приходит новый день. Когда я вижу ясное небо над головой, я знаю, оно станет и мирным, раз до сих пор надо мной. И если, не дай бог, сегодняшний день окажется последним, у меня уже, как минимум, есть опасный наследник. Я всю дорогу смотрел правде в глаза, правда, неизвестно, какие у этой правды глаза будут завтра. А пока тут Вакуленко и Далматов, двадцать шестое, это на шестнадцать больше, чем десятый. Время бежит быстрее, чем стрелки на твоих часах, я помню, как раньше блестели твои глаза. Ты стоял около сцены очень много лет назад, сейчас твоего сына пускают в сопровождение отца. Она с обоих это пробирает до мурашек, со сцены наблюдать за таким чётким папашей. Я даже у братана не буду спрашивать, он мыслит так же. Мы ебашим именно ради таких персонажей. Мы с ним, как полицейские: плохой и хороший. Разрешите представиться: Василий Михайлович и Алёша. Кто из нас есть кто, мы узнаем немного позже. Мы не в курсе тоже, но Всевышний нам в этом поможет. А он только и делает, что нам всем помогает, но кто-то этого не понимает ещё в самом начале. И поверьте, это ужасно печально с ними, охота потрещать, но, сука, они все скончались. Я бы мог откланяться, но ещё не договорил я: в кои-то веки мой куплет длиннее, чем у Василия. Согласен, тут такая песня красивая, я опять про своих пацанов, которых недавно похоронили. Это, мои дорогие, часть моей терапии, я от чистой души желаю всем любви вам. Один раз залипнуть на небо — этого достаточно. Белые полосы чаще всего посадочные. В безнадежной темноте только вера дарит свет. Мой головный Колизей, как мы оказались здесь? В городе пустых надежд, в ауди простых чудес. В холоде простыл мой след, но приходит новый день. В безнадежной темноте.